В обстоятельном эксклюзивном интервью для читателей F1News.Ru пилот Caterham Виталий Петров вспоминает интересные моменты из своего гоночного прошлого, в том числе те, что прежде не придавались широкой огласке, а также анализирует настоящее и рассуждает о будущем…

Вопрос: Виталий, давайте вспомним дела уже довольно давно минувших дней. В 2003 году вы дебютировали в европейских гонках в классе Формула Renault 2.0. Но выступления не задались – и через полтора года пришлось вернуться в Россию. Не было ли тогда ощущения, что все на этом и закончится?
Виталий Петров: Должен признать, что тот момент я вспоминаю до сих пор. Тогда у меня просто не было возможности заставить машину ехать быстрее. Сейчас я прекрасно понимаю сам, что нужно, а что – нет. А девять лет назад рядом не оказалось человека, своего рода тренера, который помог бы с психологическими вопросами. Я впервые управлял формульной машиной – и просто не понимал, как и что нужно делать.

Кроме того, в «двухлитровой» Формуле Renault в тот период использовались довольно специфические машины. Честно говоря, я до сих пор не понимаю, как на них надо было ехать. Помню, что заставлял себя пробовать разные варианты, использовал всевозможные настройки – ничего не помогало. При этом я понимал, что могу ехать быстрее, но просто не знал, как этого добиться. Кроме того, мы выбрали самые сильные чемпионаты – итальянский и европейский, хотя могли поехать в серию послабее. Когда я выступал в Англии, то выиграл первую же гонку.

Наверное, можно было избрать другую дорожку, завоевать несколько титулов, но мы никогда не искали лёгких путей и стремились идти туда, где сложнее всего. Но получилось так, что я просто не знал, как добиться результатов, и это время оказалось потраченным без особенной пользы.

Вопрос: Как удалось справиться с такой ситуацией, в том числе психологически?
Виталий Петров: Именно в психологическом плане мне было особенно тяжело. Меня отправили жить в другую страну, периодически возникали разногласия с Оксаной [Косаченко, менеджером пилота]. Я был совсем один, не учился и не занимался ничем, кроме гонок. В такой ситуации не на что было переключиться, приходилось жить от этапа до этапа, из-за чего лишь возникал дополнительный прессинг. Мне ведь было всего 17-18 лет, это тоже нужно учитывать.

Пришлось вернуться в Россию. Поначалу я выступал в серии Lada Revolution, и хотя команда была не самой сильной, удалось закончить чемпионат на втором месте [, несмотря на пропуск нескольких гонок]. После этого стало понятно, что 2005-2006 годы станут решающими. Нам удалось найти новую команду, Максмотор Ульяновск, она была заметно сильнее, а главное – условия там оказались просто отличными. Я не испытывал прессинга, мог делать то, что считал нужным, да еще и получал деньги за хорошие результаты…

Вопрос: Большие деньги?
Виталий Петров: По моим тогдашним меркам – очень неплохие. Премия полагалась за каждую победу, а я в том сезоне выиграл почти все гонки (улыбается). Кстати, это очень позитивно сказывалось на мотивации. Параллельно я гонялся в российской Формуле 1600. Там на протяжении всего сезона у нас шла невероятно упорная борьба с пилотами команды Лукойл Рейсинг. У лукойловцев были отлично подготовленные машины, в квалификации мне почти никогда не удавалось переиграть их. Но желание победить было невероятно сильным – я верил, что смогу завоевать титул. Это удалось – но, нужно признать, практически чудом. Объективно выиграть должны были они.

Все решилось в последней гонке [на городской трассе у подножия МГУ в Москве]. Я знал, что если смогу выиграть квалификацию – то выиграю и весь чемпионат. Удивительно, но получилось завоевать поул – настолько я настроился сам, и мы настроили машину. В гонке борьба была невероятной, и я смог финишировать первым.

Вопрос: Сразу после этого вы вернулись в Европу – причем сразу в довольно «мощную» серию, Формулу 3000. Это был осознанный выбор?
Виталий Петров: Года уже поджимали, и возможности выступать в «младших» классах и чего-то ждать попросту не было. У Ф3000 был всего один глобальный недостаток – организаторы определили узкий круг «избранных» команд, чьи машины всегда были чуть быстрее. Не могу утверждать, но, похоже, что-то там было с настройками моторов. Наша Euronova в этот круг не входила. Мне удалось выиграть пару гонок, но подняться выше третьего места по итогам сезона было нереально. Думаю, если бы техника была равной, я бы завоевал титул и в Формуле 3000, потому что все получалось действительно легко. А уж потом была серия GP2…

Вопрос: Ваш дебют состоялся в середине 2006 года. Так было запланировано с самого начала?
Виталий Петров: Нет, но тогда бюджет позволял проехать пару гонок без особых спортивных задач – просто, чтобы лучше подготовиться к следующему сезону. Решение было принято, прежде всего, из-за того, что в GP2 мне предстояло серьезно менять технику пилотирования. Прежде я всегда тормозил правой ногой, теперь же нужно было научиться делать это левой. Я, надо признать, очень боялся этой смены, и даже поначалу попросил команду перенести педаль тормоза. Только на то, чтобы освоиться с этим, потребовалось несколько этапов: адаптироваться удалось не сразу.

Вопрос: После этого вы провели в GP2 четыре полных сезона, прибавляя с каждым следующим. Но в какой-то момент начались довольно активные выступления и в других сериях – от Формулы Master до Ле-Мана. Зачем – готовили «план Б», если бы не получилось оказаться в Ф1?
Виталий Петров: Мы хотели еще раз попробовать пожить европейской жизнью, а заодно подтянуться к другим гонщикам в плане опыта. Наверное, у меня не было серьезных шансов преуспеть в других первенствах, но в GP2 тесты запрещены, а для нас было важно где-то ездить. Потому, действительно, в какой-то момент стартовали, где только можно – насколько хватало денег. Нужно было учиться понимать технику, работать с настройками.

Вопрос: В 2003 году появился какой-то безумный слух о ваших контактах с Эдди Джорданом…
Виталий Петров: Почему слух? Так и было. И после этого иногда звонили и приглашали «на тесты Формулы 1». Мне сложно судить, только они почему-то всегда должны были проходить в те же дни, когда у нас были решающие этапы. Понятно, что мы отказывались. Так что ни в каких тестах Формулы 1 я до 2010 года не участвовал.

Вопрос: Ваш дебют в Больших Призах прошел под знаком публикаций в бульварной прессе о финансовых условиях контракта и большом кредите, взятом под залог семейного имущества. Сейчас шумиха улеглась – а какова реальная ситуация?
Виталий Петров: Действительно, в какой-то момент нас буквально спасли, когда в этот вопрос вмешался тогдашний премьер [Владимир Путин], что позволило привлечь средства российских спонсоров. Сейчас ситуация проще, у нас есть поддержка, но папа по-прежнему выплачивает тот кредит, самый первый. На самом деле, спонсоров никогда не бывает много, именно поэтому мы уделяем так много времени различным мероприятиям, встречам с журналистами. Все это призвано повышать популярность Формулы 1, чтобы появлялись новые партнёры. Нельзя же постоянно платить за перелеты и отели из семейного бюджета.

Вопрос: Формула 1 – это всего лишь гоночная серия, просто очень высокого уровня, или нечто особенное?
Виталий Петров: Здесь все особенное. Когда я выступал в GP2, то думал, что Ф1 – это что-то очень похожее, ведь в паддоке нас разделяла всего лишь тонкая стенка. Но когда попал в Формулу 1 и увидел все технологии и подход к работе, то был просто шокирован. Оказалось, что до этого я ровным счетом ничего не знал об Ф1. И, кстати, до сих пор знаю о ней далеко не все. Думаю, что если пригласить в команду даже очень продвинутого болельщика и начать показывать все, что там происходит, он подумает: «Да, ребята, вы тут совсем с головами не дружите» (улыбается).

Думаю, если кто-то хочет по-настоящему познать мир Формулы 1, то ему на это потребуются годы.

Вопрос: Число ваших болельщиков в сравнении с прошлым годом возросло или сократилось?
Виталий Петров: Когда в 2010 году я не пропустил [на Гран При Абу-Даби] Фернандо Алонсо, то думал, что испанским поклонникам Ф1 это не понравится. Но на самом деле они стали меня чаще узнавать и приветствовать. Даже больше – некоторые, как оказалось, охладели к самому Алонсо из-за того, что он меня критиковал. Я ведь не сделал ничего плохого, лишь провел собственную гонку.

Так что сейчас, приезжая на Гран При, я вижу, как моих болельщиков становится все больше и больше. Поклонники гонок все понимают, и из-за того, что меня уволили из Renault, лишь испытывают еще большую симпатию.

Вопрос: А вы общаетесь с кем-то из бывших коллег?
Виталий Петров: Да, с инженерами. Мы созваниваемся порой, на Гран При я их поздравляю с удачными выступлениями. Не вижу в этом ничего такого.

Конечно, обидно, что все так получилось, но под конец прошлого года отношения стали портиться. Несколько человек оказались настроены резко против меня – наверное, их мнение и сыграло решающую роль. Причем это были вовсе не владельцы Renault GP. Признаюсь, такая ситуация сильно выматывала, и я очень устал. Но сейчас продолжаю следить за выступлениями команды.

Вопрос: Участвовали ли вы в работе над её нынешней машиной Lotus E20?
Виталий Петров: Участвовал, хотя в довольно ограниченном объеме. На трёх финальных Гран При мы специально использовали другие настройки, чтобы собрать как можно больше информации к 2012 году.

Вопрос: Как бы вы оценили перспективы Caterham – понятно, что в нынешнем сезоне уровень результатов определяется формой машины. А чего можно ждать дальше?
Виталий Петров: Внутри команды правильная атмосфера: все понимают, в чем именно сейчас главная сложность, и стремятся разрешить её. Направление для движения выбрано верно, и весь вопрос сейчас только в Тони Фернандесе. Я скажу честно, что интересовался, каковы его планы – просто иметь команду, оплачивать её выступления и добиваться хоть каких-то, не слишком высоких результатов? И он ответил, что этого мало, и он хочет сделать из Caterham по-настоящему профессиональную команду.

Я не вижу оснований не верить его словам. Во-первых, у него действительно горят глаза, а во-вторых, это следует из его дел. Сейчас мы начинаем нанимать новых людей, достаточно назвать Джона Айли из McLaren. Очень важно добиться первых результатов уже в этом году, не оставлять на следующий. Все просто – надо сначала создавать новую машину, а потом её планомерно дорабатывать. Нет ничего хуже, чем говорить: «а, в этот раз не получилось – дождемся следующего сезона». Возможно, и получится прибавить, но соперники за это время уйдут куда дальше.

Как говорит Тони, к концу года мы должны обгонять в квалификации одного или двух соперников. Если получится – можно говорить, что цель на 2012-й достигнута.

Вопрос: Но пока машина позволяет бороться лишь за 17-18 места. Не сложно ли это психологически?
Виталий Петров: В любой серии, в любой команде, какой бы ни была машина и обстановка, ваш главный конкурент – это ваш напарник. В первую очередь вы смотрите именно на его время круга. В Renault [в 2011-м] мне это не помогло – я обгонял всех товарищей по команде, но меня все равно попросили уйти. Но это исключение – в любой ситуации вы всегда должны стремиться опередить напарника. Если это получается слишком легко – тогда уже нужно изучать протоколы и отыскивать себе новых соперников.

Вопрос: Хейкки Ковалайнен работает в Caterham практически с первого дня. Не было ли у вас в этой связи опасений перед приходом в команду?
Виталий Петров: Абсолютно никаких. Конечно, подспудно такие вещи всегда есть, но когда я увидел ситуацию изнутри, то понял, что все открыто. Никакого перекоса нет, все в равных условиях. Только один пример: в Малайзии мы получили новый кожух двигателя, он был в единственном экземпляре. Позвали меня и Хейкки – и бросили монетку! Тогда я выиграл, и с этого дня у меня не осталось ни малейших сомнений.

Вопрос: Какое впечатление напарник производит на вас? Его называют нетипичным финном…
Виталий Петров: Хейкки очень спокойный. Он всегда тщательно анализирует собственные ошибки, причем делает это очень грамотно – потому с ним интересно работать. Кроме того, он действительно сильный гонщик, а его стиль пилотирования я бы назвал чистым и очень интересным. Есть, на что посмотреть – Хейкки очень чётко действует рулем, а это позитивно сказывается на скорости износа задних шин.

Вопрос: Впереди Гран При Монако – можно ли ждать от этой гонки чего-то особенного?
Виталий Петров: Конечно, хочется выигрывать в чистой борьбе, но пока нам остается рассчитывать только на удачу или на верную тактику. В Монако может пойди дождь или появиться машина безопасности. Из-за этого есть шанс оказаться на хорошей позиции, а удержать ее в Монако проще, чем на других трассах. Даже очки можно заработать. Но, повторюсь, если это случится, то не из-за того, что мы сами резко поедем быстрее, а из-за неприятностей у соперников или более удачной тактики.

F1News.Ru уже рассказывал, что Деймон Хилл решил тряхнуть стариной: впервые после 13-летнего перерыва он сель за руль гоночной машины и вышел на старт в Брэндс-Хэтче вместе с другими ветеранами Формулы 1.

Однако ему повезло меньше остальных участников британского этапа Кубка VW-Scirocco: уже после 6-го круга он заехал в боксы, чему предшествовал контакт с машиной одного из соперников. Механики попытались устранить неисправность, Хилл вновь вернулся на трассу, но вскоре окончательно сошел с дистанции.

«Это было действительно весело, хотя я понял, почему я прекратил выступления в гонках, – улыбаясь, прокомментировал чемпион мира 1996-го года. – Меня удивило, насколько быстры соперники, так что лучше всего им не мешать!»

Самым успешным из ветеранов Ф1 был австралиец Дэвид Брэбэм: он занял 5-е место, проиграв победителю гонки, шведу Ола Нильссону, меньше 6 секунд. Марк Бланделл и Мартин Доннелли тоже финишировали в первой десятке.

Теги: Деймон Хилл

Бывший коммерческий директор компании Cosworth Марк Галлахер в авторской колонке на сайте gocar.gr рассуждает о причинах, которые помогли Williams добиться успеха на Гран При Испании. По его мнению, победа Пастора Мальдонадо стала возможна благодаря работе Адама Парра, который покинул британский коллектив 30 марта.

Марк Галлахер: «Адам Парр не смог отпраздновать победу вместе с Williams, однако он смотрел Гран При Испании с удовольствием и с осознанием того, что перемены, сделанные под его руководством, принесли этот результат.

Он ушел из Williams шесть недель назад, якобы из-за разногласий, возникших в ходе переговоров по новому Договору Согласия. Как человек, изначально далекий от Формулы 1, в своей работе он опирался на Сэма Майкла и Патрика Хеда, который до 2010 года занимал пост технического директора.

В прошлом году Парр пригласил в команде на должность технического директора Майка Кофлэна, а главным операционным инженером сделал Марка Гиллана. Джейсон Соммервиль возглавил отдел аэродинамики. Эти три человека были ответственны за создание FW34. Решение о приглашении Кофлэна было спорным, поскольку бывший главный конструктор McLaren оказался в центре шпионского скандала. Адам Парр привел в команду и чемпиона GP2 Пастора Мальдонадо, которого несмотря на титул называли рента-драйвером.

Так как Williams с 2004 года не выигрывала гонки, и глобальная экономическая ситуация осложнялась, не удивительно, что из команды ушли такие спонсоры как RBS, Philips, AT&T и Allianz. Исправить финансовую ситуацию Парр решил с помощью Мальдонадо и связанной с ним компании PDVSA. Несомненно, это стало правильным решение для команды, хотя болельщики и СМИ его не одобрили.

Когда Williams перешла на двигатели Renault, это тоже было решение Адама. Он лично проинформировал об этом Cosworth. Причина смены поставщика мотора была ясна: Renault предложила команде более выгодные технические и финансовые условия сотрудничества. Когда дело доходило до вопросов бизнеса, Парр действовал без эмоций. Он был полон решимости не допустить повторения сезона 2011 года…»

Теги: Адам Парр, Марк Галлахер, Williams

Технический директор Ferrari Пэт Фрай по просьбе пресс-службы команды анализирует работу Скудерии в этой фазе чемпионата и рассказывает о подготовке к Гран При Монако…

Вопрос: В последние недели ряд компонентов F2012 был модернизирован: как бы вы охарактеризовали влияние технических новинок на скорость машины?
Пэт Фрай: Безусловно, между двумя последними гонками мы внедрили немало новинок: на машине появилось переднее крыло несколько измененной геометрии, новые днище, дефлекторы, воздуховоды тормозов, различные элементы корпуса, заднее крыло. Это потребовало интенсивных исследований в аэродинамической трубе, а также серьезных усилий производственного департамента, чтобы все компоненты были изготовлены в срок и доставлены в Барселону.

Думаю, большинство новинок сработали именно так, как мы и рассчитывали, хотя у нас пока еще остается несколько вопросов, которыми мы продолжаем заниматься. Все компоненты способствовали повышению скорости машины, так что мы более-менее довольны их эффективностью. Безусловно, команда должна продолжать работать, и поддерживать темпы модернизации машины на том же высоком уровне.

Вопрос: Безусловно, второе место Фернандо Алонсо – отличный результат. Но в какой мере он отражает реальную скорость машины?
Пэт Фрай: В любом случае, это хороший результат. Наш темп на первом и третьем отрезках дистанции был весьма неплох, а вот на втором возникли определенные сложности. Приятно бороться в первых рядах, но, все-таки, на втором отрезке Williams оказались быстрее и сумели нас обойти.

Понятно, что мы должны продолжать модернизировать и улучшать машину: в условиях столь острой конкуренции необходимо прилагать максимум усилий, стремиться к более высоким результатам и стараться не допускать ошибок.

Вопрос: Монако – особая гонка и для болельщиков, и для пилотов, которые любят выступать на этой трассе. А что думают инженеры, готовя машины к этому Гран При: им приходится решать задачи привычного уровня сложности?
Пэт Фрай: Монако ставит перед нами несколько иные инженерные задачи, ведь машину к этой гонке необходимо готовить по-другому.  Например, на входе в повороты вы атакуете не так агрессивно, как на обычном автодроме, поскольку отбойники находятся совсем близко – и на входе, и на выходе.
 
Разумеется, вы стараетесь добиться максимально эффективной работы шин; кроме того, найти оптимальный баланс шасси, как всегда, непросто. В общем, в Монако, как и на любой другой трассе, будут свои трудности.

Вопрос: Какими качествами должна обладать машина, чтобы гонщик мог бороться за победу в этом Гран При?
Пэт Фрай: Безусловно, в Монако, прежде всего, нужна прижимная сила, а такие факторы, как общая эффективность шасси и мощность двигателя играют менее важную роль. Машина должна отличаться стабильностью поведения. Необходимо, чтобы тренировки прошли без проблем, чтобы гонщики получше адаптировались к трассе.

Вопрос: Как вы полагаете, Ferrari F2012 отвечает этим требованиям?
Пэт Фрай: Посмотрим. Мы стараемся этого добиться. Мы готовим несколько небольших усовершенствований, которые позволят поднять прижимную силу. Как всегда, интересно посмотреть, как машины разных команд будут работать с резиной.

Вопрос: Разрабатывать оптимальную тактику для этого Гран При сложнее, чем на других гонках?
Пэт Фрай: Я бы так не сказал. Разве что длина круга там меньше, поэтому у вас меньше времени на принятие решения. А так вы имеете дело со стандартным набором факторов: погода, деградация шин, трафик на трассе. Понятно, что тому, кто стартует из середины пелотона, придется труднее, тогда как обладателю поул-позиции ? немного проще.

Вопрос: Как будет идти модернизация F2012 в дальнейшем?
Пэт Фрай: Как и другие команды, мы находимся в постоянном поиске новых решений. К Канаде готовим усовершенствованные крылья, как переднее, так и заднее. В Монреале нужен несколько иной уровень прижимной силы. Также продолжается работа над выхлопной системой: мы тщательно проанализировали информацию, собранную с начала сезона, понимаем, в чем были наши проблемы, и, начиная с тестов в Муджелло, на F2012 стоит новая версия системы.

Мы стараемся поднимать скорость машины максимально высокими темпами, и эта работа будет продолжаться до последней гонки сезона.  

В прошлом году журналисты официального сайта чемпионата предлагали гонщикам пофантазировать о прошлом и будущем Формулы 1, а сейчас просят их ответить на личные вопросы. Недавно они встретились с пилотом Toro Rosso Даниэлем Риккардо…

Вопрос: Что может помешать вам заснуть?
Даниэль Риккардо: Меня очень легко взволновать, поэтому я часто думаю о вещах приятных, которыми хочется заниматься. Например, о том как буду отмечать Рождество с друзьями или как проведу отпуск. Иногда все это мне потом снится, а иногда, наоборот, заснуть так и не удается! (смеется)

Вопрос: Если бы у вас была возможность убрать из своей жизни какую-то обязанность или вещь, что бы это было?
Даниэль Риккардо: Что бы это могло быть? Должен сказать, я доволен своей жизнью и в ней нет чего-то такого, что мне мешает. Не думаю, что есть какая-то вещь, которую надо было бы убрать.

Вопрос: Какой жизненный урок стал для вас самым ценным?
Даниэль Риккардо: Когда мне было 14 лет, я принимал участие в картинговой гонке. Я ехал вторым и говорил себе, что нужно подождать до последнего круга, а затем обогнать лидера. В результате в повороте, в котором я планировал его обогнать, он смог отбить атаку и я финишировал вторым. Это стало для меня уроком, что не нужно тянуть до последнего, чтобы что-то сделать.

Вопрос: Кем вы восхищаетесь?
Даниэль Риккардо: Людьми, которые стараются воплотить в жизнь свои мечты и занимаются тем, что любят. Не только в спорте, но и вообще в жизни.

Вопрос: Какой совет вы бы дали молодому себе, если бы у вас была такая возможность?
Даниэль Риккардо: Я бы сказал, что чем бы ты ни занимался, это должно тебе нравиться. Конечно, к делу нужно относиться  профессионально и ответственно. Ведь когда вы перестаете получать удовольствие от того, что вы делаете, то начинаете делать это хуже, чем могли бы.

Вопрос: Если бы ваша карьера в гонках закончилась после этого сезона, чему бы вы посвятили свою жизнь?
Даниэль Риккардо: Я бы хотел остаться в гонках, поэтому начал бы искать варианты, связанные с выступлениями в других сериях. Но если бы пришлось навсегда оставить автоспорт, то не знаю, что стал бы делать. Мне бы захотелось попробовать себя в каком-то другом виде спорта, но боюсь, что возраст уже не позволит выйти на профессиональный уровень. Не думаю, что начал бы изучать какие-нибудь науки, потому что это не принесло бы мне удовольствия.

Вопрос: Какое животное лучше всего отражает ваш характер?
Даниэль Риккардо: Медоед. Очень агрессивно животное, но в тоже время довольно милое… (смеется)

Вопрос: Что для вас важнее побед?
Даниэль Риккардо: Счастье. Это в жизни главное.

Вопрос: На что бы вы потратили последний доллар?
Даниэль Риккардо: На шоколад. Но в наши дни на один доллар много шокалада купишь. Во всяком случае, весы точно не сломаются!

Вопрос: Каков ваш главный недостаток?
Даниэль Риккардо: Иногда я бываю очень хорошим. В жизни это не плохо, а вот на трассе, скорее, недостаток. Но я уверен, что смогу с этим справитья. Еще недостаток? Может быть, я слишком сексуальный? (смеется)

Вопрос: У вас есть любимый запах?
Даниэль Риккардо: Мне нравится, как пахнет ваниль.

Вопрос: Какая еда вам нравится больше всего?
Даниэль Риккардо: Очевидно, шоколад и мороженое.

Вопрос: Что вы делаете первым делом, вернувшись домой после гонки?
Даниэль Риккардо: Бросаю чемодан на пол и прямиком иду к холодильнику за едой. Затем падаю на диван и смотрю телевизор. Я настоящий лежебока!

Вопрос: Что вас пугает?
Даниэль Риккардо: Акулы и змеи.

Вопрос: Что напоминает вам о доме?
Даниэль Риккардо: Солнце, свежий воздух и запах океана. Я живу всего в пяти минутах ходьбы от океана, и я каждый раз, вдыхая океанский воздух, я получаю удовольствие.

Вопрос: Если бы вам пришлось всю жизнь прожить в одном месте, где бы вы жили?
Даниэль Риккардо: Дома в Австралии.

В субботу днем в Киеве в рамках акции «Red Bull Парад Чемпионов» прошли показательные заезды, в которых принял участие гонщик Toro Rosso Даниэль Риккардо. За рулем прошлогодней Red Bull RB7 австралиец продемонстрировал киевлянам возможности машины Формулы 1: на прямой ему удалось разогнаться  до скорости 270 км/ч.

Помимо заездов Формулы 1 в рамках мероприятия зрители смогли увидеть и машину американской гоночной серии NASCAR. Интересно, что Риккардо попробовал себя в деле и на этой гоночной технике. На радость публике Даниэль покрутил «пончики» за рулем машины NASCAR, причем, сделал это так старательно, что даже порвал шину на заднем левом колесе.

Судя по всему, Даниэль остался доволен субботним шоу. «День прошел успешно. “Зажег” на машинах Ф1 и Nascar на улицах Киева, – написал Риккардо в своем микроблоге на Twitter. – Погонял от души! Публики – целое море!»

Теги: Даниэль Риккардо, Red Bull Racing

На Гран При Абу-Даби Формулы 1, который пройдет со 2 по 4 ноября 2012 года, уже продано более 70% билетов. Организаторы этапа ожидают аншлага на трибунах и призывают болельщиков поторопиться, если они хотят успеть купить билеты.

«Этап в Абу-Даби уже завоевал репутацию одного из самых интересных событий чемпионата, –  цитирует исполнительного директора автодрома Ричарда Крегана Khaleej Times, англоязычная газета, издающаяся в Дубае. – Благодаря тесному сотрудничеству с нашими партнерами, мы ввели более гибкую ценовую политику при продажах билетов и расширили развлекательную программу. Реакция болельщиков оказалась исключительно позитивной, о чем свидетельствуют высокие темпы продажи билетов в этом году».

Теги: Ричард Креган

F1News.Ru уже рассказывал о том, что Таво Хеллмунд, стоявший у истоков возрождения Гран При США, впоследствии отстраненный от участия в проекте, подал в суд на нынешних руководителей компании Circuit of the Americas (COTA), а также инвесторов и прочих официальных лиц, имеющих отношение к строительству трассы в Остине, штат Техас.

Претензии Хеллмунда состоят в том, что новые хозяева автодрома не соблюдают договоренности по выплате ему отступных в размере $18 млн. Руководство СОТА пожелало, чтобы судебные слушания проходили в закрытом режиме, и с самого начала процесс окружен атмосферой секретности.

Разумеется, это не устраивает американских журналистов из местной газеты Austin American Statesman, которая весьма внимательно следит за всем, что связано с будущим Гран При: редакция газеты направила официальную жалобу в окружной суд графства Трэвис, требуя предоставить доступ к информации, связанной с делом «Таво Хеллмунд против СОТА».

«Мы хотим выяснить, почему ход этого судебного процесса держится в тайне, – заявил Джим Джордж, представитель редакции газеты. – Я 20 лет занимаюсь юридической темой, и никогда не видел ничего подобного. Сокрытие информации от общественности не отвечает ничьим интересам».

Слушания по жалобе газетчиков назначены на 29-е мая. Редакция будет отстаивать свое право на получение информации, апеллируя к тому, что сооружение трассы отчасти финансируется на деньги местных налогоплательщиков, и люди имеют право знать, что происходит на судебном процессе, который может так или иначе повлиять на судьбу бюджетных инвестиций.

Любопытно, что адвокаты Таво Хеллмунда также хотят, чтобы процесс был открытым.

Теги: 2012: Формула 1 возвращается в США

Сегодня вечером в Мюнхене пройдет финал Лиги чемпионов по футболку. В решающем матче сыграют местный футбольный клуб «Бавария» и лондонский «Челси». Среди болельщиков, которые придут на стадион, будет и пилот команды Sauber Камуи Кобаяши. С недавних пор он стал поклонником английской команды.

Когда до начала игры оставались считанные часы, Камуи в Twitter ответил на несколько вопросов футбольных болельщиков. В частности, гонщик рассказал, что детстве увлекался футболом, но таланта к этой игре у него не обнаружилось, так что из команды пришлось уйти. Также Камуи признался, что его любимый футболист – нападающий «Челси» Дидье Дрогба. После ответов на вопросы гонщик Sauber поблагодарил болельщиков «Челси» и пожелал им удачи.

Теги: Камуи Кобаяши, Sauber